которая с короткими интервалами сменялась картинками из всех моих воплощений. Прошлое смешалось в сплошной поток видений, из которых вынырнуть не получалось.
Кадр. Прекрасно различимые черты лица Лисаны, на котором смешались боль, сожаление и принятие. Изнаночный, схвативший своей уродливой лапой демиургу. Тело девушки, растворяющееся на глазах. Взрыв ее искры, отбросивший меня к земле Обители. Мой отчаянный крик с обещанием, что я заключу мир между демиургами и Ор`инами и верну прежние времена, когда мы не были врагами.
Кадр. Кабинет Незримого. Я врываюсь в него и стремительно несусь к старейшему. Хватаю его за серые одеяния на груди и прижимаю к стенке. Он не сопротивляется. Осунувшееся лицо и боль всех миров, что потеряли своих творцов, в его глазах. Я не обращаю на это внимание. Переходя на шипение, обвиняю его во всем произошедшем. Энергия моей искры разливается вокруг. Пламенем покрывается стол позади меня. Я осознаю происходящее, отпускаю демиурга и покидаю кабинет.
Кадр. Гостиная Даниона. Сгорбленный темный демиург, окруженный потоком теней. Глаза безжизненные. В дрожащих руках прядь волос Лисаны, которую она, словно чувствуя, отдала ему за пару часов до вторжения Ор`инов. Мои слова о том, что Лисана теперь одна из них, и предложение связать нас с изнаночными контрактами.
Кадр. Поле недавней битвы. Я стою посреди выжженной черной земли. Раскрываю огненные крылья и устремляюсь в потерявшее краски небо. Набрав достаточную высоту, складываю крылья и, с неведомой скоростью лечу к земле. Задействую всю энергию источника, скапливая ее перед собой в плетении запрещенного знания. Ему научила меня Лисана. Ткань пространств содрогается. Разлом открыт.
Кадр. Зал Совета. Меня исключают из его участников. Незримый накладывает блокировку на мой источник до времен, пока я не возьму себя в руки. Блокировка не позволяет пользоваться энергией. Исключением является передача сил в свой мир. Приходится сделать вид, что я согласен. Но в тайне от высших нахожу способ брать энергию у Ор`инов и использую ее для постепенного увеличения уровня искры. Погружаюсь с головой в архивы библиотеки, старясь собрать как можно больше информации о прошлом Ткани пространств. Спустя несколько сотен лет старейший снимает блокировку. Я возвращаюсь к плану с Разломом. Но ненадолго. Совет принимает решение развоплотить не исправившегося мятежника.
Глава 12
Тихий шелест бумаги в перерыве между видениями доносился до моего сознания словно гул надвигающегося урагана. Шум повторялся, не давая образам снова погрузить меня в бесконечный поток.
Я раздраженно нахмурился и открыл глаза. Встретил меня белый потолок. Шелест бумаги прекратился.
— Очнулся, — донесся резкий голос справа.
Голову повернуть оказалось сложнее. Нити в теле воспротивились движению. Грудь сковала пронзительная боль. Но это ушло на задворки сознания, когда до меня дошло, где я оказался и кто непринужденно листал страницы книги. Я лежал в лечебном блоке главной башни Обители. Рядом на стуле сидел Кесеотиос. Заметив мое пробуждение, он отложил книгу, внимательно посмотрел на мое солнечное сплетение и поднялся, направившись к двери. Я попытался повторить его действия и с болезненным хрипом упал обратно на подушку.
— Лежи спокойно, Мисурон. Любое движение может стать для тебя смертельным, — произнес грозовой и скрылся за дверью.
«Меня раскрыли…» — пронеслась отстраненная мысль.
Все эмоции я оставил в недавних видениях, и сейчас в груди было также пусто, как и в моем источнике. Трещина охватила его целиком. Энергия бесконтрольно непрекращающимся потоком покидала его, не давая времени на накопление сил. А те крупицы, что искра удерживала, уходили по каналу к Эридану.
«И блокировка не потребуется,» — хмыкнув, подумал.
Рассматривал потолок недолго. Вскоре после ухода одного демиурга его сменил другой. И я пожалел, что Кесеотиос ушел. В комнату неспешно вошел старейший. Прикрыв дверь, повернулся ко мне и с нечитаемым лицом осмотрел феникса, которого своими руками развоплотил пару десятилетий назад.
— Незримый, — борясь с ужасной болью в теле, с ухмылкой поприветствовал я бывшего наставника и в привычном жесте приложил не слушающуюся руку к солнечному сплетению.
«Все равно рано или поздно отправит на смерть.»
Демиург тяжело выдохнул, прошел к стулу и, подумав, сел. В моем состоянии его взгляд оказалось выдержать сложнее. Спустя секунд десять пришлось прервать контакт и вновь уставиться на потолок.
— Зачем ты довел себя до такого, Лисандр? — нарушил тишину он. Его голос был спокоен и бесстрастен. Как и всегда.
— Подобрать подход к спасению двух миров оказалось не так просто, — хрипло ответил я и, переступив через себя, попросил, — Перед тем, как развоплотить меня, верните связь с Эриданом его хозяйке.
— Я тебе говорил, что знания из закрытого архива не просто так там находятся. Вы с сестрой… — произнес старейший, но оборвал фразу, заметив, как я скривился, когда моя и так слабая искра напряглась и выпустила через трещину энергии больше обычного.
— Продолжайте, Незримый, — снова нацепив на лицо ухмылку, сказал я.
— Вы с Лисаной самые непослушные демиурги из всех, что я воспитывал, — закончил он, нахмурившись.
Я даже удивился. Веками не отображавшее что-либо лицо высшего демиурга подало признаки жизни.
Старейший поднялся. Еще раз оглядел мой источник. И пошел к двери.
— А… — я не нашелся что сказать. Думал, меня развоплотят после воспитательной беседы. Но у Незримого явно были дела поважнее.
— Отдыхай, Лисандр. И двигайся поменьше. Искре понадобиться много времени, чтобы исправить твои ошибки, — сообщил демиург и вышел.
Погипнотизировав дверь какое-то время, я озадачено произнес вслух:
— Это что сейчас было?
— Пожалели тебя, непутевый, — ответил мне изнаночный, обогнув кровать и встав лапами на каменный пол, чтобы я мог его видеть.
Я с сомнением посмотрел на волка и сказал:
— Пожалели? Мятежника? Не неси чушь.
— Ты не видел, каким Михаэль тебя сюда принес. Незримый, увидев твое состояние, всю башню на уши поднял. Переживал.
Мои брови медленно поползли вверх.
— Смеешься? Больше поверю в то, что он переживал за информацию, которой я могу обладать.
— Тогда почему не устроил тебе допрос?
— Р`эс, не задавай таких вопросов. Я сам ничего не понимаю.
Прекратив беседовать с изнаночным, я попытался привстать на локти и осмотреть искру внимательнее. С попытки третей мне это удалось. В реальности все оказалось также, как я и чувствовал.
— Печальное зрелище, — прокомментировал волк не унимаясь.
— Повтори это, когда я все-таки придуш-ш-шу тебя, — раздраженно ответил ему и попытался перетечь в сидячее положение.
Мне потребовалось для этого еще несколько попыток.
— Ха-а-а… — выбившись из сил, выдохнул я и предпринял попытку встать целиком.
— Мисурон, может не надо? — тревожно произнес Ор`ин.
— Я должен убедиться, что Эридан восстанавливается и с потомками все в порядке, — с
